Домашнее насилие

Домашнее насилие

На фоне волны про издевательства в детстве. Меня все школьные годы чмырили в школе, чмырили во дворе, друзей почти не было. Я даже прогуливал школу постоянно в последних двух классах, чтобы избежать издевательств. Учителя, конечно, считали меня отсталым не любили и не пытались разобраться в проблеме.



Не знаю, почему на меня все озлобились, плохого особо я никому не делал. Но был безответный. Зажмут к стенке, начинают бить, а я стою и молчу, только закрываюсь руками и молюсь про себя, чтоб поскорее отстали. В редкие дни, когда ходил в школу, при звонке на перемену сразу бежал на первый этаж и забивался в самый глухой уголок, где меня не могли найти. Вылезал минут через пять после начала урока, шёл в кабинет. Иногда помогало. Матери ничего не говорил, отца не было.

Зато был брат, на четырнадцать лет старше. И, видимо, он догадывался по надписям в подъезде «AlexTail лох», что с социалкой у меня не очень. И решил бороться с этим своими методами.

Как-то пьяным поставил меня посреди комнаты и объявил, что будет учить меня драться. После чего начал просто бить. Подзуживая и провоцируя на ответ. Но я, понятное дело, опять зажимался и закрывался. Хватало брата минут на десять, после чего он возвращался к своей водке, а я мог уйти в комнату к себе. Брат вообще мог прийти без настроения и просто избить меня ногами, двенадцатилетнего пацана. Думаю, из-за этогь насилия я и потерял окончательно волю, что вылилось в старших классах в откровенный буллинг.

Все эти попытки научить меня давать сдачи привели к тому, что и дома я не мог быть в спокойствии. В школе боялся одноклассников, во дворе старших пацанов, дома брата. Друг был один — сосед. Безопасное место — площадка лестничная между последним и предпоследним этажами. Там сидел с книжкой и коротал время.

Потом, конечно, всё наладилось. Я переехал в другой район, поступил в ПТУ и неожиданно стал душой компании. Оттаял, понял, что я нормальный человек, а не какое-то забитое животное. Потом универ и бюджетное место, красный диплом.

Сейчас я обычный взрослый мужик, есть семья, иногда приходится вступать в конфликты разгонять гопоту из подъезда, выпинывать борзых алкашей. Пару раз заступался за других и дрался. И никакого страха уже не было.



Но вспоминая своё детство. Думаю, насколько близок я был у самоубийству. Насколько задавленной была моя жизнь. Я сейчас, конечно, одобряю все рассказы, как дети берут палки и дают сдачи, но очень понимаю и тех, кто сдачи дать не может. Потому что помню этот вязкий страх и ватные ноги.

Ненависти к своим обидчикам-одноклассникам я не испытываю, хоть они и получали явное удовольствие, унижая меня. Сейчас они выросли, стали успешными людьми, подростковая жестокость, думаю, уже миновала. Брата стараюсь простить,но иногда всплывает обида. Но тут уже, наверное, ничего не сделаешь, так и будет.

Вынужденная любовь

На днях у средней было день рождения. 4 года. Так как был будний день, то решили ограничиться аниматором в детский сад. А вечером просто попить чай с тортиком.
Но вдруг свое желание поздравить внучку изъявила бабушка. Бабушка нас визитами не балует, появляется 1 раз месяц, иногда реже. Ну чтож, милости просим.
Но случилось непредвиденное, именинница наотрез отказалась играть с бабушкой, даже не заходила в детскую, где старшая дочь во что-то с ней играла.
Характер у нее (средней дочери) не подарок, это маленький барашек если упрется, то сдвинуть его крайне трудно.
Так и в этот день случилось. У нас позиция простая — мы не заставляем, не хочешь — не играй. В общем, она сидела с нами и просто рисовала, пока бабушка в соседней комнате обижалась страшной обидой. Тут еще добавлю, что были манипуляции: я же бабушка твоя родная, мы же родственники, и я же тебе подарки принесла, что было мной пресечено, ибо я против, когда играют на чувстве вины.
Время позднее и бабушке пора домой. Мы вышли в коридор всей толпой ее проводить.
Барашек, соответственно, никуда не пошел. И на уговоры прийти и попрощаться просто вышла в дверной проем и все попытки более тесного контакта отвергла.
Бабушка наша разозлилась окончательно и ушла громко хлопнув дверью. Надо отдать должное мужу, который сохранил потрясающее спокойствие и увел упрямицу умываться. На том день рождения и закончился.
Но не история с упрямым ребенком и любящей бабушкой.
На следующий вечер мы остались со средней дрчерью дома вдвоем. И я, пользуясь спокойной обстановкой решила узнать, что все таки произошло.
И ребенок мне поведал, что с бабушкой ей играть не нравится, потому что она ее трогает и и целует. Ну целует и целует, воеде что в этом такого. Я им частенько рассказываю, что они не должны через силу обниматься и целовать кого бы-то ни было. Даже мы с мужем спрашиваем: можно я обниму или иди я тебя поцелую. И не устраиваем сцен если получаем отказ. Я считаю это нормальным.
Но не об этом речь. Я решила уточнить у старшей дочери, ей 6 лет, на сколько правдивы слова сестры.
И тут выясняется, что ей тоже не нравиться играть с бабушкой, потому что та ее тоже целует. В губы. Но, говорю, ты же играешь, не уходишь. А потому что она больше не принесет подарков. Шантаж? И вообще, мама, не могла бы ты с нами там сидеть, когда бабушка приходит?
Что там могло произойти. Баушку спрашивать бесполезно, у нее альтернативная реальность. И в ней происходит только то, что бабушке выгодно. С детей я больше я ничего не смогла выпытать.
Решила спросить совета у подруги, а ту как прорвало: у нее был дедушка, и дедушка этот обитал в комнате с креслом и телевизором, и редко выходил, но его надо было целовать при встрече, и вот этот дедушка брал ее голову в свои руки и целовал ее, не как дедушка. А разжимал ей языком губы и зубы. И это продолжалось до 8го класса. А рассказать она боялась, потому что ей могли не поверить.
И она ненавидела его за это и ненавидела мать, за то что та не могла защитить ее. И только в 8м классе она набралась мужества все рассказать матери. Столько лет пыток.
И я вспомнила похожую истори из своего детства. Мне было 11. Я гостила в деревне у своего сводного дяди. У его жены было день рождения. Были гости, шашлык и самогон. И где-то под ногами путались мы-дети.
И был там Игорь Белянов, какой-то родственник именинницы, был с женой и ребенком лет трех. Жена и ребенок ввиду позднего времени ушли спать, а он остался с мужиками допивать недопитое.
И я его встретила, когда пошла в туалет (на улице были удобства. Деревня ж). Не знаю как он оказался на улице тоже. Просто вышел или план у него был такой. Короче мы встретились. И он со мной заговорил. Я не чувствовала опасности. Я была в доме дяди и здесь не могло ничего произойти. Но произошло.
Мы седели на телеге около сарая. Было темно. Я видела окна кухни, где за столом сидел мой дядя и его жена и ее взрослый сын с женой и еще кто-то. Уютная такая картина. И тут он меня начал целовать. Совсем не подружески. От него пахло плохо. Он мял мою грудь и трогал между ног. Меня словно парализовало. Я не могла пошевелиться, не могла закричать. Потом я все таки начала его отталкивать, но он был гораздо сильнее. И я все так же видела в окне своих родственников, так близко и так далеко.
Я не помню что было дальше, как он остановился и как я вошла в дом. Но я никому об этом не говорила. Кто мне поверит.
Так вот это я все к чему: если бы хоть раз мои родители мне сказали, что никто не может меня трогать (не только в сексуальном плане) без моего согласия, что я
могу прервать любое прикосновение, если мне неприятно, если бы они дали мне понять, что я могу им все рассказать и они меня защитят, что они мне поверят, если они мне дали понимание того что допустимо, а что нет, мне было бы проще и в том случае и в других, которые были в моей жизни.
И вот у меня сейчас дилемма. Как уберечь девченок от бескомпромисной бабушкиной любви, как объяснить бабушке, что недопустимо целовать и тискать против воли ребенка? И как сохранить приемлемые отношения с ней?

pikabu.ru
CATEGORIES